МОТОГОНКИ.РУ, 21 августа 2024 - Известие о том, что Бартолини не будет продлевать контракт с Ducati, полученное именно в день празднования победы в чемпионате 2023 года в Борго-Панигале, озадачило Луиджи Даль′инью. В Ducati Бартолини с первого дня основания заводского проекта MotoGP в 2002, работал еще с Вито Гуарески и Филиппо Прециози. В его зоне ответственности было соблюдение реальной производительности Desmosedici на гоночном треке. То есть, в руках Бартолини сходились все ниточки от мотористов, шассистов и инженеров по телеметрии, и на базе этих данных он отдавал распоряжения, что конкретно еще нужно подправить для извлечения максимальной скорости на том или ином треке.
В Yamaha он занимается примерно тем же. Чтобы дать Максу больше полномочий, Yamaha Racing наделила его статусом технического директора.
Он уверен, что Yamaha вернется на Олимп MotoGP, возможно, в 2025 году: «Это произойдет через пару лет. Да... сейчас это выглядит, как расстояние до Луны, но...»
Массимо Бартолини только что пришел из структуры Ducati и видит разницу в менталитете, хотя теперь европейская часть Yamaha Racing состоит на 80% из итальянских специалистов.
«Yamaha переживает серьезные структурные изменения. И это необходимо, чтобы мы смогли сработаться получше. У нас, итальянцев и японцев совершенно разный образ мышления. Что я могу подтвердить, это что японцы действительно 10 раз подумают, прежде чем что-нибудь сделать, решиться на какой-то шаг. А мы привыкли пробовать сразу, в общем, совсем наоборот. И у нас уходит масса времени на организацию процессов, способных подтолкнуть к развитию весь проект, чтобы извлечь максимум пользы от сильных сторон каждого инженера, вовлеченного в проект. У людей есть свои порывы, но корпоративная система сдерживает их - ограничивает, и из-за этого общий темп может замедляться».
Массимо Бартолини в Yamaha racing
Из сильных сторон японцев Бартолини называет осторожность и точность, а итальянские силы - это ловкость и изобретательность. В свое время, босс Ducati Клаудио Доменикали воспел в своих похвалах именно «выдающуюся итальянскую изобретательность», когда Даль′Инья внедрил ряд совершенно новых, не виданных прежде аэродинамических гаджетов, выходивших за рамки действующих правил MotoGP, но в то же время, не противоречащих им.
Изворотливость, которую проявлял Даль′Инья, окрестили «пиратством» - Джиджи бросил вызов японцам, которые десятилетиями вели работу по негласному «кодексу чести». Иными словами, японцы договорились, что не будут внедрять радикальные технологии и производить технические революции, если это не будет касаться общемировых трендов в производстве мотоциклов. В Ducati вероломно нарушили этот пакт, Даль′Инья стал играть по своим правилам, которые затем оказали влияние на весь чемпионат. Поскольку Dorna и FIM не нашли законных оснований для ограничений Ducati, то и остальные - Honda, Yamaha, KTM и Aprilia, кто раньше «играл по-честному», были вынуждены заиграть по правилам, диктуемым им из Борго-Панигале. Вот, почему Ducati сейчас на шаг впереди всех.
Суть конфликта Ducati и японцев всегда сводилась к тому, что в Японии вели в MotoGP разработку технологий с тем, чтобы внедрять их в серийное производство. В Ducati же реализовали ряд чисто прототипных решений, не имеющих никакого отношения к массовому производству. Их внедрение в реальной жизни либо ограничено законами, либо невозможно из-за дороговизны и исключительно спортивного (Race Only) применения, как в Формуле-1. Вот, против чего всегда были японцы. И Бартолини, который теперь играет по другую сторону, хорошо видит суть претензий японской стороны.
Массимо Бартолини: «Я чувствую, что людям, работающим там, не хватает страсти к гонкам... При этом, они влюблены в мотоциклы, но это разный тип отношений»
Он сказал: «Определенно, я не могу превратить Yamaha в Ducati. Когда я сравниваю обе организации, вижу, насколько Ducati меньшая компания, чем Yamaha. Работа в Ducati - это возможность сосредоточиться на гонках, чистом спорте. Yamaha - это огромная глобальная компания, и их приоритетом является производство и продажа как можно большего количества коммерческих мотоциклов, а не гонки! Я чувствую, что людям, работающим там, не хватает страсти к гонкам... ой, я не должен был этого говорить. При этом, они влюблены в мотоциклы, но это разный тип отношений».
Идея Бартолини в том, что с нынешними темпами сотрудничества японского и итальянского R&D, Yamaha Racing выйдет на конкурентоспособный уровень к середине-концу 2025 года.
«Я хочу, вернуться в высшую лигу скорее, но вторая половина сезона 2025 года выглядит реалистичным сценарием. Другие зададут вопрос: а зачем всё это, если правила изменятся в 2027 году?»
«Ответ прост: если мы сохраним нужный темп и эффективность организации, то вступать в новый чемпионат будет гораздо проще. Yamaha - большая машина, которая медленно поворачивает, но если возьмет темп, ее уже не остановить».
С появлением нового саттелита, Pramac Racing, в 2025 году ход разработки YZR-M1 ускорится. И Yamaha потребуется вдвое больше информации, чтобы вести разработку прототипа 2027 года. Сейчас никто не может сказать, каким он будет - просто уменьшенной версией YZR Mission One или принципиально новым, например, «Mission Two».
«Мы должны ускоряться еще и по другой причине: я чувствую, что терпение Фабио Куартараро скоро закончится. Он еще молод, ему нужны победы, ему нужен импульс. Yamaha хочет забрать его в новое приключение после 2027 года, и для этого надо много мотивации с обеих сторон» - подчеркивает Бартолини.
